-               Ты не хочешь повстречаться с игуменом Иоанном? – спросил меня Игорь Волк.

-               С каких это пор космонавтика стала общаться с религией, - пошутил я.

-               Так мы ближе всех к богу, - в тон мне ответил он.

-               А что это за личность?

-               Иоанн заведует духовным образованием и катехизисом при патриархии православной церкви. Мне сказали, что он по этим вопросам правая рука Алексия Второго.

-               С удовольствием встречусь.

-               Сворачивай к отделению патриархии, - дал он указание шофёру.

     Здесь было довольно скромно, но уютно. Не было привычной суеты. Игумен вышел на встречу Игорю и расцеловал его. Меня он целовать не стал. Оно и понятно, кто я такой? В церкви уважают иерархию. Мы прошли в комнату, в которой, к моему удивлению, одновременно было и жилище, и место работы, и тут же спальня Иоанна. Эту скромность заметно было и в добросердечном отношении игумена ко всем посетителям. Я сразу расположился к нему искренне. Ряса явно шла к его виду. Я даже не смог представить его в костюме.

-                 Позволю представить Вам президента международной ассоциации учёных и интеллигенции Василия Ленского, - сказал Игорь.

-                 Рад познакомиться, - ответил Иоанн.

-                 Как вижу, началось сближение религии, космонавтики, а в моём лице учёных и интеллигенции. Наверно, такое же сближение идёт в политике. Как Вы к этому относитесь?

-                 Удовлетворительно, - ответил игумен.  – Сближению людей можно только радоваться.

-                 Это по-человечески. Но, я имел ввиду нечто другое. Сама сфера действия и характер существования поставлен так, что одно может исключать другое.

-                 Это плохой тон с позиции учения господа нашего.

-                 Однако в своё время Иисус не нашёл общего языка между фарисеями, книжниками и Иродом. Мне кажется это не случайно.

-                  Всё в руках господа.

-                 Для меня такой ответ не говорит абсолютно ничего. Согласитесь, что мы общаемся словами. Слова – инструмент интеллекта. Я – президент интеллектуалов, иными словами, я могу общаться только лишь на языке слов. С другой стороны, в Вас я вижу коллегу.

-                 Вижу, вы нашли общий язык и даже становитесь коллегами, - пошутил Игорь. -  Мне нужно поехать по делам, а через час я пришлю за тобой, Василий, машину.

-                 Не стоит беспокоиться, я доеду на метро.

-                 Для меня тоже нет проблем, - ответил Игорь, - но я, на всякий случай, пришлю машину или подъеду сам.

-                 Вернёмся к нашему разговору, если у  Вас есть время, - продолжил я, когда Игорь ушёл.

-                 Время у меня есть. Общаться с людьми – это моё назначение, - любезно сказал Иоанн.

-                 Я начну с другого конца. Как Вы смотрите на сегодняшние увлечения экстрасенсорикой, магией, колдовством, инопланетянами?                                  

-                 Всё это не было чуждо церкви никогда. Моисей использует магию во дворце царя Египта. Волхвы определяют, где родился Иисус Христос. Космические силы вообще насквозь пропитывают всю религию.

-                 В чём Вы видите различие?

-                 Религия ставит всё это во благо человеку. Всё остальное находится в стихии. Мне известны эти влечения людей. Я нахожу в них очень много гордыни и личной заинтересованности. Не зримо под этими чудесными свойствами он провозглашают лично себя свои выгоды. Религии это противоестественно. Можно сказать из исторического человеческого опыта, что это несёт собою вредоносность.

-                 Мы опять вернулись к свойствам человека. Свойства одни и те же. Однако получается, что одно и то же свойство может навредить, а может пойти во благо, - начал я возвращаться к изначальному намёку на возможную несовместимость религии и других сфер существования Человека.

-                 Так оно и есть. Поэтому чудотворные силы в руках тщеславного человека обернутся злом. Чем ярче сила чудотворности, тем большее она принесёт зло.

-                 Например, сказание о Люцифере, и силах Валтасара. А как Вы относитесь принципиально к Кабалистике?

-                 Таких тем в Библии нет. Всё это развито потом инакомыслящими.

-                 Вот опять мы вернулись к инакомыслящим и создающим иные ритуалы. Я не говорю об иных религиях. Уверен, что Вы отнесётесь к ним позитивно.

-                 Бог един.

-                 Мы имеет три разновидности: религии о едином боге, некоторые отрасли увлечений, исходящие из религий и повседневное мирское существование. Может так статься, что одно принципиально отвергает другое. Помните как научное знание, напрочь, отрицало религию.

-                 Это плохой тон науки. Есть наука о боге. Например, Гегель читал лекции по доказательству бытия божия. Эти лекции пользовались огромным успехом. Научное знание вторило  советской идеологии. Отсюда произошёл конфликт.

-                 Идеология принадлежала политикам. Вот уже две отрасли находились в противоречии с религией. Нет ничего случайного.

-                 Для религии и это не ново. Во искушению человеку дано многое.

-                 Иными словами, Вы считаете это греховным заблуждением?

-                 По крайне мере, теперь это исправляется.

-                 Я задаю вопросы, базируясь на свойствах Человека. Почему кабалисты, опираясь на Библию, свернули в другую сторону? Я, например, их понимаю. По Библии, человек живёт четыреста и даже девятьсот лет. Сара рожает первенца в сто двадцать лет. Для нас это звучит так, словно, в Библии пропущено, что-то важное. Библию трактуют служители церкви. К ним может возникнуть не доверие.

-                 Трактовкой Библии занимается ни один человек, а вся церковь.

-                 Я говорю о факте. Кабалисты представляли из себя тоже не одного человека. Они стали трактовать Библию по-своему. В базу трактовки было положено Пятикнижие Моисея. Кабалисты тоже получили результат в виде чудес. Отсюда и пошли легенды о Люцифере, Валтасаре и прочих «личностях».

-                 Вы правильно подметили, сказав слово «личности». Если личность, то она противопоставляет себя господу. Следовательно, всё это антихристы.

-                 А как, Вы считаете Алексия  Второго личностью?

-                 Всё мы братья во Христе. Каждый исполняет свой долг. У нас нет личностей.

-                 По моим сведениям он  имеет дар организатора. Следовательно, он служит иерархии. Без личностей нет иерархов.

-                 Он выполняет человеческий долг, но служит  господу.

-                 Не мешает одно другому? Ведь это противоположные  качества.

-                 Мы ему доверяем.

-                 Зато политика без личностей не бывает. Там нет братьев и сестёр, иначе будет анархия. Получается, что все политики это антихристы. А Вы только что радовались сближению церкви с политиками. Теперь поговорим об учёных и, в целом, об интеллектуалах.

-                 У Вас, Василий, специфическая манера вести диалог.

-                 Если бы речь шла о вере, то мы сидели бы молча. Религиозное чувствование словами не описать. Точно также в церквях вместо проповедей стояла бы абсолютная тишина. Я нахожусь в месте, которое заведует духовным образованием. Без информации слов и знаний здесь не обойтись. Не станется ли так, что есть тоже две стороны: знание, угодное богу и другие занимающиеся знаниями антихристов.

-                 В истории такого было много.

-                 Но и религия делала промахи. Только что Вы общались с руководителем космическими полётами. А когда-то покушение на небо являлось ересью.

-                 Вот Вы сами и ответили на вопрос. Вы сказали «покушение на небо». Если о небе говорить как о предметности, то никакого здесь противоречия религии нет. Если на небо покушаться с позиций гордыни, то это область не предметности, а духа человека. Точно также перед этим мы говорили о чудесах.

-                 Как Вы представляете политику без гордыни? В инстинкте любого политического деятеля заложена власть и стремление управлять другими людьми.

-                 Мы тоже находимся в поиске. Политика не имеет утверждённого состояния. Не исключено, что есть вариант политики, когда даже президент будет просто исполнять свои функции. В церкви таких явлений очень много. Только что Вы видели строителей, которые реставрируют церковь. Это наши прихожане. Но перед богом мы все находимся на равных.

-                 Значит, церковь проявляет активное изыскание?

-                 Силу власти церковь ощутила на советских репрессиях. В том можно усмотреть упущение самой церкви. Церковь несёт моральную ответственность за людскую греховность. Эта греховность может принести такие размеры, что начинает уничтожать и саму религию. Тому пример власть Советов.

-                 Мне такой подход нравится. Но как быть с наукой? Как учёному смотреть на электроны, протоны, микро и макро объекты, на всевозможные чудесные эффекты, которые уже не принадлежат человеческим свойствам.

-                 Это подтверждает необъятные возможности Творца.

-                 Учёные стали такими же чудотворцами. Однако святыми, как чудотворцев-людей, их никто не собирается считать. Нет ли здесь несправедливости?

-                 Учёные открывают творения божии, а святые несут их в духе своём. Чудотворец является человеком, соответствующим принципу и подобию бога.

-                 У меня это не вяжется, так как по Библии каждый человек создан по принципу и подобию бога. Однако одно отсеивается к святому, а другое к сатанинскому. Если учёных не признать святыми, то автоматически их чудеса отходят к сатанинским. Теперь мы имеем уже три вида чудес, два из них принадлежат человеку так, что он же и является их носителем, третье принадлежит открывателям чудес в природе. С первыми двумя мы разобрались. Чудотворение в церкви и среди мирян, идущие во благо, является созидательным. Шанс сорваться на чудесах имеет та стихия, где есть гордыня, тщеславие, инстинкт личностных интересов. Я абсолютно с этим согласен. Остаётся разобраться в третьей группе людей. Они творят чудеса. Эти чудеса принадлежат и служат человечеству.

-                 Разобраться и в этом не сложно, - мягко сказал Иоанн.  – Подходите к этому также, как и предыдущим случае. Чудеса, идущие во благо человечеству, исключают зло. Но от учёных точно также идёт очень много вредоносных открытий. Мы видим это по разрушениям и страхам населения планеты от возможных катастроф. Это всецело находится на совести учёных.

-                 Не придём ли мы к тому, что некоторых учёных-чудотворцев придётся считать святыми?

-                 Для этого потребуется установить отсутствие зла не в их делах, а их сущности. Злое дело в руках созидательного человека превратится в доброе.

-                 Как это понять?

-                 По духу учёный может оказаться злодеем. Но когда результаты его труда попадут в руки добрых людей, то его зло обернётся во благо. Кому мы в таком случае припишем святость?

-                 Логично. Следовательно, церкви придётся сближаться с учёными.

-                 Вот мы с вами и беседуем, - пошутил он.

-                 Как я понял, церковь берёт направление на созидательные процессы во всех областях, где есть человек?

-                 Не хочу преувеличивать. По крайней мере, так хотелось бы. Греховность может родиться в любом виде. Там где есть человек, там всегда есть искушение. Опыт у церкви большой, а у православной церкви он включает ещё и репрессии даже  к святым со стороны мирян. Надеюсь, что этот недочёт  есть теперь возможность исправить.

          Прощаясь, я подарил Иоанну свою книгу «Президент и один в поле воин». В ней говорилось о садистах из СС.

-    Думаю, что Вам эта информация не помешает для точной ориентации в мирских делах, сказал я при этом, - Бывает так, что небольшое дополнение резко меняет ориентиры.