-           Вы не хотели бы встретиться  с Виссарионом? – спросила меня женщина после лекции.

-           Наслышан о таком.

-           Да, он достаточно популярен. Он говорит, что теперь возле него опять собрались все те, которые были возле Иисуса Христа.

-           Иными словами, он выдаёт себя за Иисуса.

-           Он написал даже Новый Завет. Если хотите, возьмите почитать, - она передала мне небольшую книжку.

-           Прочитаю, с удовольствием. Встречу тоже с удовольствием. У меня хобби встречаться с Иисусами Христами. Их теперь в мире насчитывается одиннадцать человек. Даже одна женщина в их числе.

-           Вы имеете ввиду Дэви Марию Иисуса Христа?

-           Да, именно её.

-           Это было не серьёзно. Виссарион – это другое дело. Впрочем, завтра я могу Вам организовать встречу. Сперва я поведу Вас к Пилату.

-           Я в восторге! – искренне воскликнул я.

   На следующий день нас привели к Пилату. Небольшого роста человек в сером костюме был достаточно приветлив.

-           Я давно уже увлёкся религией, - сказал он. – Был в разных группах и теперь встретился с Виссарионом. Виссарион определил меня как Пилата.

-           Очень интересно. Получается, что среди его окружения уже собрались все? Или есть ещё вакантные места?

-           Он говорит, что все.

-           А кто занял место Иуды Искариота?

-           Пока ещё не определились, - засмеялся он. – Давайте пойдём к нему. Может быть, он сам Вам назовёт.

    Всей группой мы пошли в дом, в одной из квартир которого поселился Иисус Христос. В одной из комнат седели люди на приём к нему. Были здесь и дети. Пилат провёл нас к нему без очереди. Римляне не уважали народ. У них была иерархия положений.

-           Вот это, так называемый Иисус Христос, - представил он Виссариона.

    Иисус Христос сидел в кресле, обхватив огромными руками колено ноги. Он даже не улыбнулся на саркастическое вступление Пилата. Так оно и должно быть. Пилат, ведь, не  верил в истину.

-           Вы написали другой вариант Нового Завета, - обратился я к нему после того, как пришедшие представились и сели.

-           Да, теперь другие времена, - ответил он.

-           Разве тот вариант Нового Завета устарел? В чём выразилось это старение?

-           Сейчас век технического прогресса. Изменилось мышление. Изменились нравы и обычаи.

-           Изменился ли сам человек по качеству?

-           Да, люди стали грубее. Жестокость и отсутствие сострадания превратились в норму.

-           Насколько мне известно, времена Иисуса отличались ещё большей жестокостью. Возьмём арамеев, египтян, затем сирийцев, а затем римлян. Все они отличались повышенной жестокостью и беспощадностью.

-           Тогда народы были разрозненные. Теперь наступает время единения всех народов.

-           В этом варианте Нового Завета, - я показал на книжку, - очень много пуганья людей всяким страхами. Из этого видно, что Иисус сам сменился. Прежний Иисус призывал к любви, давал тому личный пример.

-           В Новом Завете есть тоже предупреждение.

-           Я этого особо не заметил. Я обратил внимание на центральные высказывания о любви к врагам своим, о нищете духа, о симптомах, когда наступит конец света. Есть отрицания по отношению к фарисеям. Они выражены в виде мягкого упрёка.

-           Теперь приближается конец света. Людей нужно предупредить.

-           В чём?

-           В их греховности.

-           Когда евреи собрались побить Иисуса камнями, то он спросил: «За что?». На это ему ответили: «За то, что ты богохульствуешь и, называя себя сыном божьим». На это Иисус ответил: «Не в вашем ли писании сказано: Вы боги!». Итак, тот Иисус не пугает и не перечисляет грехи человеческие. Как раз, напротив, он осуждает всякого, кто даже назовёт другого дурным словом. Кроме того, на  вопрос сколько раз прощать, он отвечает с оттенком, который снимает границу этого понятия.

-           Народы удалились от веры. Поэтому близится конец света.

-           Звучит так, словно, конец света приближается из-за греховности людей.

-           Так оно и есть.

-           И здесь новая и отличающаяся сторона по сравнению со старым Новым Заветом. Там нет указаний в виде пуганья. Там перечисляются симптомы. Всё это выглядит так, что после конца наступит, напротив, возрождение. Опять звучит оптимизм.

-           Симптомы эти наступили.

-           Не скажу, что это так, хотя бы потому, что люди не научились ещё пить яды и говорить на иных языках. Каждый говорит на своём языке и изучает язык другого народа. Нового в том ничего нет. Насколько я оповещён, у вас есть последователи.

-           Да, люди тянутся ко мне.

-           Наверное, создана община?

-           Основным центром является не Москва. У нас набирается поселение возле Минусинска.

   Весь этот диалог стенографировал приближённый Виссариона. Также как Виссарион, он был одет в длинную одежду только другого цвета. По его лицу было видно, что он уверен в том, что эти записи непременно войдут в историю человечества. Распрощавшись, мы вышли.

-           Это наша квартира, - сказала женщина, которая пригласила меня на встречу.

-           Кто Вы по образованию?

-           Я и муж имеем инженерное образование. Теперь мы продадим эту квартиру и поедем в Минусинск.

    Мы распрощались. Было заметно, что в Виссарионе не светится большая любовь, но и не было злобы. Он не был шизофреником. Он хорошо вжился в свою роль. Такое встречается часто. Кто-то увлекается понравившимся учением. Затем, начинает рассказывать об этом учении. Появляются слушатели. Наступает момент смелости, когда первооткрыватель чувствует себя лидером. Дальше всё идёт как по нотам. Одни называют себя просветлёнными, перепутав свои знания с качеством просветления. Им думается, что набор речей это и есть святость. Другие называют себя учителями. Они считают, что открытые рты слушателей уже показатель их величия. Есть и экстремально смелые, такие как Виссарион. Есть те, которые кокетливо намекают на свою необычность. Есть те, которые выдают себя за инопланетян.

-           Я не давно принимала роды у инопланетянки, - сказала мне как-то Флора, когда мы пили чай.

-           Я сплю с инопланетянином и, возможно, от него будет ребёнок, - сказала однажды мне женщина по окончанию лекции.

    Во всё этом разобраться не сложно. Одни вживаются в роль на уровне естественного артистизма. Другие делают перебор до уровня приобретённой шизофрении. Однако всё это люди. Мы имеем феномен, когда человек видит себя в разных лицах. Это неплохой симптом. Что является гарантом позитивности «естественного артистизма»? Ответ кроется ни в каких-то истинах, а в жизнеутверждении. Кто им судья. Если они будут процветать, если они будут пить яды и говорить на новых языках, то жизненность свою они этим уже подтвердят.

-           Ты взяла пробу воздуха в квартире Виссариона? – спросил я Татьяну.

-           Да.

-           Хотя я почувствовал наличие аэрозолей, но наука должна исключить субъективные восприятия.

 Действительно, анализ подтвердил факт обработки Виссариона и всей его команды средствами СС.

 -    Не завидую поселенцам в Минусинске, - сказал я Татьяне. - Их ждут болезни, язвы, раздражительность, провокации.

           Вскоре посчастливилось встретиться с Марией Магдолиной из команды Виссариона. Это сучилось в Индии. Мы с женой жили в южном штате Кералла.  Я писал очередную книгу. В ашраме Романа Махарши нам представили русских.

-   Я приехала сюда, чтобы выйти замуж за бога.

-           Кто этот бог? – спросил я.

-    Сатья Саи Баба, - ответила Мария  Карпинская, то есть Мария Магдалина.

-           А как бог? Он согласен?

-           Для меня нет таких вопросов. Я не случайно Мария Магдалина. Сумею совратить даже бога.

-            Та Магдалина  уже раскаялась от прегрешений.

-             Теперь другие времена.

-             То есть можно грешить? А как Виссарион?

-             Я в нём разочаровалась.

-             Почему?

-             Не  думаю, что он бог. Он артист. Он вжился в свою роль…

-             Не без вашей помощи.

-             Мы были увлечены.

-             Я не имею права осуждать. Но у меня остался открытым вопрос: кто же сыграет роль Иуды Искариота в отношении к Виссариону? Не будет ли это женщина?

-             Почему?

-             Времена теперь иные.

    

                                  *                                         *

     

                                                       *