№5 Сведения из секретных инструкций.

 

     В квартирах  крупных жилых домов для исполнения  бандитизма существуют участковые представители спецслужб. В частных секторах и  иных случаях, когда подступ к объекту  для обработки людей трудно доступен,  используются  капсульные  снаряды.  Взрываются они «хлопком». Впрочем, в  квартирах тоже применяются стреляющие приспособления. При выстреле раздаётся характерный щелчок, словно кто-то стукнул твердым небольшим предметом о деревянную доску. Здесь применяются пистолеты.

     Для стрельбы на расстояние  приспособления  крупнее. Проникающую способность газа вы поймете, сравнив её с курением, скажем, на балконе. В квартиру всё равно проникнет табачный дым. Проникающая способность  средств «для народа» значительно выше. Разница только в том, что  кроме звука, не будет  ни цвета, ни запаха. Безусловно, это легко фиксирует прибор, но вы вряд ли имеете такие индикаторы.

    Обстреливают стены или окна с подветренной стороны. В безветрие будет ещё хуже, так как всё вокруг «парит». По законам физики холодный воздух просачивается даже сквозь плотно закрытые окна. Газ активизируется в тепле.

    Обстрелу подлежат автомашины, если на стоянке к ней подойти заметно.

    Существуют ещё капсулы. Они взрываются или от тепла, или так же как вы включаете телевизор, то есть частотно. Их рассовывают заранее, под плинтусы, если есть щели, под холодильник, за радиаторы. Так «подготавливают» кабинеты и изолированные рабочие места. 

 

*                                                  *

                          *

 

 Звучит всё это  необычно: вирусы, химические соединения, электромагнитные генераторы, но вы смотрите на это просто. Если преступник ударил вашего ребёнка по печени вирусами, то считайте, что он ударил ребёнка по печени  камнем. Если ваш родственник погиб от «сердечной недостаточности», то считайте, что его зарубили топором. Если ваши внутренние органы повреждены пузырьковой кистой, то считайте, что  бандиты СС  искромсали вас ножевыми ранами. Так будет проще. Это я говорю вам, потому, что не однократно беседовал с «исполнителями». Они убеждены, что методы СС  культурнее прямого бандитизма. Как видите, у них своё понятие этики. Убить человека сразу – это не гуманно, а превратить его жизнь в кошмар изнуряющих

                                         

 

   

  Семья Левиных напряглась. Пять человек свидетелей – ничто в разгуле беззакония. Юрий Евелевич стал глубже вникать в ситуацию. В беседах и конкретных действиях мы осмысливали создавшееся положение.

       -    По обычным понятиям, государству не во вред твои разработки, Василий, но ведь регулярные отравления не могут остаться безрезультатными. Тебя просто со временем покалечат. Об этом свидетельствуют медицинские обследования. Это- медленное убийство. Убийство тебя является ли их единственной целью?

      -    Санкция на истязание невинного человека и его семьи дана не случайно и очень «высоко». Теперь опробованы все пути спасения, но зверства не прекращаются во всех точках, куда бы я ни перемещался. Быстрое отслеживание моего места пребывания – в течение нескольких часов – исключает здесь узкое «предпринимательство». Выявлено интенсивное и оперативное подключение отслеживающей системы в разных городах. Это исключает «гастролёров» из других государств. Следовательно, работает система, имеющая исполнителей везде, а значит, здесь единая цель. Это цель государственного уровня и правительственного задания. А то, что не щадят детей? При таком размахе вопрос ставится о  геноциде. А геноцид  явление всеобщего уничтожения.

-     Может быть, проводится эксперимент по применению летучих ядов малых доз и вирусов?

-     Здесь малых доз не бывает.

-      Задача на «выбивание» неугодных, - сразу ответил Юрий. Видимо, ему такой вариант был ближе к сердцу.

    Я же привожу эти диалоги лишь потому, что они типовые и теперь. Чем каждый из вас, уважаемый читатель, строит  выводы и прогнозы? Умом. Чем вы будете принимать или отвергать любую информацию? Тоже правильно, умом. Теперь вопрос на чём базируется ваше знание о событиях? Выводы вы, конечно, считаете своими. Но как быть относительно достаточности информации?  Небольшой пустяк, добавленный  в информацию, может аннулировать большую тему. Например, достаточно узнать о тайных методах СС, как многолетняя возня политиков, прессы, депутатов сводится к трескотне ни о чём. Более того, получится, что вся эта политическая и прессы шумиха служила преступным делам.

          -   Но почему ко всему этому глухие государственные инстанции? Всё до такой степени вершится открыто и нагло, - не унимался Юрий.

          -  Добавь к этому, что семья жаловалась по всем инстанциям, имея медицинские показатели, но не откликнулся никто, даже на истязание ребёнка. Это длится уже несколько лет. Пройдены все уровни государственного правоохранительного и контролирующего аппаратов.

         -  Следовательно, истязания семьи будет длиться до граничного результата.

       -   Ты хочешь сказать – «до убийства», так как было уже три госпитализации даже ребёнка. Но я имею ввиду другое: молчат все инстанции.

      -   Значит, указание дано по всем инстанциям. Убийство всех  «неугодных» и их семей  вошло в задачи государственных органов.

      -   Это можно допустить, если вспомнить Сталина и твоих «друзей» психиатров.

На Сталина ты так зря. Получается, что он  гуманнейший человек на сопоставлении с сегодняшними.

  -    Для меня, Василий, все преступления выглядят на равных. Но в такое чудовищное злодеяние поверить трудно.

  -    А как быть с длительностью во времени и накоплением мной фактов и свидетельств? Это ж «рассекречивает» саму идею «эксперимента», - теснил я Левина, - Ты думаешь люди не заметят. Речи нет об моей семье. Речь о миллионах жертв.

 -    Если они не боятся свидетелей, то можно допустить, что разоблачение такого зверства входит в их цель.

-    Иными словами, чтобы я поднял шум? Не их мозгов эта задача. Если я захочу, то они только могут попытаться вписать себя в разоблачение.

-                           Рассчитывают  на что-то.

-                           Не обязательно. Я знаю их примитив.  От самоуверенности они  отупели в знании психологии поведения человека.

-                           Как это?

-                           Возьми саму жестокость. Любой человек закричит, когда истязаются дети. Во-вторых, длительность и накопление фактов и свидетелей с данных позиций им не в пользу. В-третьих, они «проморгали»  поднятие моего статуса до уровня президента международной ассоциации. Тогда возникает вопрос: кому нужно средствами «органов» опорочить сами же «органы»? Порочится заодно здесь и правительство.

-       А если это планируется глубже? Руководство можно «околпачить».

-      Видишь Юрий, это централизованное указание охватывает даже высшие слои.

-      Такое может быть поставлено в противовес сегодняшнему курсу демократизации. Но тогда получается- сами против себя! – удивился Левин.

-      Только в том случае, если нет серьёзного противостояния. А если беспорядки в стране и в том числе «моё» дело плановые? Вспомни  «дела» Горбачёва. Предприятия, как и раньше, выпускали продукцию, а её нет в продаже. Раздута межнациональная вражда. Кто  занялся нагнетанием национализма? Простой человек? Люди до того  дружны, что не замечают национальность своих соседей. А до других им и дела нет.  Получается, что кому-то чем больше хаоса, тем лучше. Это страшная шайка и я определяю их мутантами.

-      Но мы скинули со счёта  твои научные разработки, - спохватился Левин.

-     Это сделано специально для реальности в рассуждениях. Иначе  даже нам с тобой подумается, что здесь не государственный размах в преступлениях, а частное уничтожение таланта. Значимость многополярной энергетики для государства меняет всё и может сменить отношение к мутантам-приспешникам. Но нам в реальности открывается то, что в геноциде работает целая система. И даже для того, чтобы разобраться кому нужно калечить меня, моих близких и помощников, не щадя детей, нам надлежит «высветить» всё тело обстоятельств. В расчёт придётся ставить всё. В таких делах мелочей нет

-     В глаза бросается интерес, который проявляют представители посольств различных государств.

-     Их работа – замечать всё необычное, - ответил я.

         День был приятный, хотя стояла июльская жара. Алма-Ата не обычна летом. Розы издают истому и негу. Тепло снимает телесное напряжение. Воспринимается всё легко и свободно. Правда, трудно концентрироваться, напрягаться. Хотя каждый человек воспринимает летний зной по-своему. Мы сели в сосновом сквере напротив  здания  бывшего КГБ.

-      У меня никак не выходят из головы две мысли. Зверское отношение к детям и факт искоренения глобальных исследований. Особенно теперь, когда получено подтверждение от рабочих комиссий, когда есть медицинские заключения. Такое ощущение, что делается это преднамеренно, - задумчиво произнёс Левин.

-      Мысль неплохая. Уточни.

-      Президентом ты стал не давно, а истязание семьи уже результировалось до этого тремя госпитализациями. Безызвестного Ленского легче было  убрать в любую минуту, либо истязать одного.

-     В этом может оказаться причина самого метода садистов. Сильнодействующие яды заметны для окружающих, а здесь тело насыщается ночью. Так под яды попадает семья.

-     Но они травили жену и ребёнка в твоё отсутствие, - возразил Левин.

-     А вот здесь психологический нюанс. Как только жена, несмотря ни на что перестала мне жаловаться по междугороднему телефону, их перестали травить. Садизм государственных исполнителей отличается осмысленной целью. В данном варианте «агентов ситуации» родственники предназначены как средство.

-     Они разрушают семью.

-     Разрушение семей – тоже инструмент СС.

-     Тогда здесь термин «садизм» не подходит.

-                           Ты меня, Юрий, уже хорошо знаешь. Я талантлив в созидании. Мерзостями одарены мутанты. Но именно они боятся  слов по назначению. Вещи нужно называть своими именами. Другого выхода нет. Смотри на слова не как на слова, а как на выражение  по назначению. Садисты затеяли уничтожение не с умыслом, а по состоянию своей психики

-                           Ты считаешь  Брежнева, Горбачёва  и следующих   психически не здоровыми?

-                           Относительно  жизненности? Относительно разрушения? Относительно созидания - это мы с тобой психически больные. Посмотри как Брежнев, Андропов, Чебриков, оттенили себя, начав уничтожать «психушками» интеллигенцию? Если созидательные люди в «психушках», то мерой психического здоровья становится уничтожение людей.

-                           Да.  Нравственность резко сменилась к разрушению.

-                           Это симптом. Однако за этим последует соответствующая культура. Они совершают воспитательный маневр.

-                           Сами то они это осознают?

-                           Не думаю. С такими мозгами, Брежнева и компании можно  привести государство к болезни. С такими мозгами, как у  Горбачёва можно довести государство до смерти.

-                           Крупно.

-                           Вот видишь дело не во мне. А потом ты же сам говоришь, что покалечить меня можно было проще. На моих глазах истязают детей, беременные женщины, старики. Истязают их на глазах других людей. Одно дело покалечить человека разом, другое – тыкать ему каждый день ножом в открытую рану. Садизмом я называю подобные деяния не случайно. Неизвестно, чем закончится многолетнее  истязание детских организмов  в будущем. Дети могут  изменить генетическую форму. Ещё хуже обстоит  с  женщинам. Обработка, под которую попадают беременные, крайне опасно. Взять хотя бы простой герпес или цитомегаловирус. Функциональные повреждения напрямую передаются потомству. Неизвестно, «дотянут» ли жертвы до пенсии, а те мерзавцы, которые уничтожают детей и женщин, уйдут в 40 лет на «заслуженную» и большую пенсию. Сам понимаешь, труд калечить мирных людей, теперь  стал  в почёте.

Юрий посмотрел на часы.

-     Время ещё есть. Хотелось бы разобраться в сути такого насилия. Что это? Мафиозная группировка, поставившая цель или задание правительства? Или это международный сговор?

-     Сначала, Юра, определи, что ты подразумеваешь под мафией?

-     Группировка, попирающая законность и нормы общечеловеческой морали во имя идей и целей.

   Я засмеялся:

-    При таком определении руководящая сеть коммунистической партии «заткнула за пояс» сицилийскую мафию. Сегодняшняя  «демократия» звучит громогласно, а суть определяет характер и форма действий её сети. В сицилийской мафии тоже не каждый осведомляется в намечаемых ею карательных действиях. Лицо любой группировки определяет вид и набор средств охраняющих её сил. Я бы ввёл правило: оценивать то ли иное правительство по исполнительным органам. В мафии руководство тоже не пачкается истязаниями и убийствами.

       Видно было, что Юрий не согласен с таким ходом рассуждений.

-     Возможно, следует различать цели? Наказание уголовников не считается преступлением, - возразил он.

-     Обрати внимание, Юра, что я говорю о беззаконии и   подстраховываю это понятиями общечеловеческой морали. На Нюрнбергском процессе судили палачей с «чистыми руками». С общечеловеческих же позиций это были убийцы. Уголовником может стать в первую очередь тот, кто имеет силу. Сило ножа, сила оружия, сила власти… Как  хлеборобу стать уголовником, если у него нет «сил»?

-    Твои научные работы вышли на уровень общечеловеческой значимости, а, следовательно,  и форма внимания твоих «опекунов» особая, - усмехнулся саркастически Юрий.

-    Особая?! Преступная.  Методы  «органов» - за пределами общечеловеческой морали, но политическую ситуацию садисты используют удачно: народ опьянён неосознанной «свободой», иллюзия свобод породила крикливость и «воспоминания о будущем». В таком «дыму» делай, что хочешь. Поэтому тема «демократических завоеваний» афишируется яростно, как  улучшенное будущее. Народ верит в своё прошлое.

-      Странная формулировка, - посмотрел на меня Юрий.

-      Ничего странного нет. Будущее никто не может просчитать, поэтому политики  предлагают поэкспериментировать на народе. Они  могут  опереться только на инстинкт  людей имевших «счастливое прошлое». Представь людей, которые не испытывали бы с детства радостей. Они смотрели бы на призывающих политиков как на дебилов.

-    Значит, в чём-то ты на правительство  и  защитные силы смотришь иначе?

-    В поступках политиков всегда есть теневые основания – это их тыл. Меня часто спрашивают по поводу применения  мутантами  летучих ядов, вирусов к людям своей же страны: «Неужели во всём мире так?».

-    Ну и что же?

-    Я отвечаю им, что такое может твориться только, когда есть круговая порука.  Такое может быть только в больном государстве. Иначе будет скандал и правящая партия уйдёт в отставку. Это, во-первых. И дело не в средствах. Дело в факте геноцида. Нужно иметь верх недомыслия, чтобы угнетать в концлагерях, «психушках», летучими ядами, собственные же таланты и кормильцев только из-за того, что они говорят и думают не так, как хотелось бы службистам. Вот и ожирели мозги у «власть имущих».  Недомыслие и роскошь геноцида возможны только в не альтернативной по мышлению системе.  Мы пришли к мышлению.   Конкурентоспособность строится на талантах всех видов, начиная с политики. Это, во-вторых. Наконец, есть критерии выживаемости системы и человечества. Вернёмся к приведенному примеру. С позиций замыслов системы мировоззрения гитлеровские генералы заслуживали наград, но на Нюрнбергском процессе с позиций общечеловеческой нравственности они были преступниками. Возьмем, к примеру, меня. Я и жена были весьма лояльны к делам и методам коммунистической партии, когда началось истязание семьи. Каждый из нас считал основным своим делом труд.  И она, и я выросли в трудовых семьях, несклонных к политическим рассуждениям. Эти семьи созидали условия жизни. Так живут все созидатели, кормящие надстройку. Именно поэтому,  мы долго были в шоке и писали заявления во все инстанции, веря в праведность правящей партии. Со всех позиций семья не была повинна ни в чём: это среднестатистическая семья тружеников, не очень-то вникающая в политику. Мы трудились как пчёлы день и ночь, хотя жили в кошмарных условиях. Это не означает, что мы не видели делёж благ «лидерами» всех сортов, но мы относились к этому без эмоций. В том сущность тружеников.

-    Зачем ты мне это говоришь или у тебя это преамбула? – улыбнулся Юрий.

-     Нет. Этим я подчёркиваю осатанелость «защитных сил». Этим я подчёркиваю беззаконность в их преступлениях с позиций общечеловеческой морали. Напоминаю, что тогда я не был президентом и о том, что им стану, никто не ведал. Вторым пунктом я хочу подчеркнуть зверство и беспощадность. Они нанесли массированный удар по мирным жителям тайно и молча, по-воровски, и, отмалчиваются,  по сей день. Этим я оттеняю плановость зверств и круговую поруку мафиозных подразделений.

-     Возможно, всё выглядит иначе, если рассмотреть всё с учётом твоих разработок по многополярным видам энергии.

-     Я понимаю, Юра, что ты возражаешь ради долга. Ты опять всё свёл на частный случай. Именно так  всякий, раз, разговаривающие со мной, считают, что это касается только особо выделенных мутантами людей. А я неоднократно доказываю фактами и  документально, что речь идет о геноциде. Ну, ладно, даже в частном случае. Какую опасность я представлял для этой шайки мутантов от науки?

-     А что, если всё-таки они знают, что ты владеешь технологиями, какими по сей день не владеет никто?

-     В самом начале я не случайно подчеркнул, что честно работал, а это  означает, что ничего и ни от кого не утаивал. Для оповещения сделал несколько докладов, но меня наоборот убеждали, что в этих разработках ничего нет. Кто виноват, что у академиков слабые мозги. Я же вёл себя крайне корректно. Нельзя упрекать людей даже в умственной несостоятельности. Хотя учёных упрекать следовало бы; их кормят не за место, а за особую чувствительность к неожиданному. Тем более, тогда были уже неопровержимые экспериментальные результаты. Теперь  для них это было не неожиданное, а экспериментальный факт. Я жил в иллюзии о праведности государственного аппарата. Это характеризует меня как труженика. Началась гласность, но я сам на первой монографии написал: «Для служебного пользования». Наконец, какая необходимость была истязать ребёнка, а теперь детей соратников? Особо подчёркиваю, что истязания были почти каждодневными на протяжении многих лет и длятся  по сей день. В итоге - госпитализации от пресыщения ядами и дисфункции организма.

-     Да, это оправдать не возможно. Может быть, расчёт на то, что в это никто не поверит. Нарастает вера в то, что зверства и геноцид ушли в прошлое. Тебе трудно будет, Василий…

-    Не важно когда, но преступление будет раскрыто потому, что в него вовлечено много свидетелей и исполнителей. А потом я, как ты знаешь, иного мнения. Всё это не факты, а симптом состояния народа.

 

*                                        *

                     *